Историография и научная методология изучаемого феномена. Семиозис и «персональная мифология» авторов

  • ID: 09954 
  • 17 страниц

Фрагмент работы:

Содержание

Введение 3

1. Историография и научная методология изучаемого феномена. Семиозис и «персональная мифология» авторов 5

2. Семиотическая природа «авторской биографии» 7

3. Русский Авангард и его знаковые системы 9

4. Типология русского жизнетворчества 10

Заключение 16

Список литературы 18

Введение

Д.Иоффе предлагает рассматривать знаковую природу символистского и авангардного жизнетворчества в соответствии с наиболее «характерным» и объединяющим этот феномен типом построения художественных текстов. По мнению автора статьи, на роль подобного «упорядоченного объединения» мог бы претендовать концепт «пластического жеста», насыщенного богатой суггестией и рабочей потенцией импульса, служащего построению новой и самодостаточной модернистской поэтики.

Определяюще важными в контексте понятия «пластического жеста» должны служить два центральных героя русского модернизма вообще и символизма в частности — это Александр Блок и Андрей Белый. Первый из них еще связан с «романтической», как бы еще в нем традицией. Второй - Андрей Белый - уже (а во многом и «фирменные достижения» «исторического авангарда» (проза Белого часто едва ли не радикальнее многих авангардистов; достаточно упомянуть такие его тексты как «Глоссолалия», «Крещеный китаец», «Котик Летаев», «Маски» и пр.). Никто не будет отрицать краеугольную принадлежность двух указанных поэтов русскому символизму (его так называемому «младшему» изводу). Для творчества этих авторов оказывается особенно характерен семиотически насыщенный, «трансцендирующий традиционно-текстуальные границы» «пластический жест». Как пишет Савелий Сендерович в статье «Семиотический радикал блоковской семантики»: «Знак мыслится как жест, из чего вытекают три следствия обширного смыслообразующего значения. Во-первых, его производит личность, не обязательно это человек: это может быть и запредельная, мистическая сущность, мыслимая как личность, или персонифицированная как стихия... Это значит, что знак мыслится как средство живой, актуальной коммуникативной стратегии. Во-вторых, знак имеет динамический характер, он появляется и исчезает, его нужно дождаться и уловить, его существование тесно сопряжено со временем, часто свернутым до мгновения. В-третьих, он существует в зрительной модальности, все характеристики его явления визуальны. В этом смысле знак противоположен звучащему слову и родствен красноречивому молчанию. Отсюда следует проблематичность, если вообще осуществимость его перевода на естественный язык»